Рахимов - фигура историческая. Да, он значительно пережил свое время: уйти вовремя - на пИке, а не в пикЕ - у нас вообще мало кто может. И отношение в республике к нему не такое, как в Татарстане к Минтимеру Шаймиеву, и суетливый уход позитива не добавил.

Немного предыстории. 10—12 июня в Уфе прошел третий Всемирный курултай башкир, символически приуроченный ко Дню России. На нем был сделан ряд резких заявлений по адресу Москвы, включая призыв вернуть выборность глав республик и инвективы в отношении "варягов" и "манкуртов".

 

Председатель исполкома курултая Азамат Галин обещал федеральному центру "серьезный конфликт", в случае если на пост главы республики будет назначен "варяг", чья кандидатура не будет устраивать действующее руководство Башкортостана. "Народ может восстать против руководителя, назначенного извне", - заявил Галин.
Через пару недель операция по демонтажу режима Рахимова вступила в заключительную фазу. В центральных СМИ появилась серия публикаций против "клана Рахимовых", Рахимов активно контратакует: отпор "клеветникам" дает "Башинформ", сам Рахимов подает в суд на НТВ... Сын президента Урал, потерявший контроль над "Башнефтью" и уехавший в Австрию, прислал оттуда заявление о сложении с себя депутатских полномочий. Управление Генпрокуратуры в Приволжском федеральном округе признало прекращение производства по возбужденному в 2003 году делу о незаконной приватизации предприятий республиканского ТЭКа "необоснованным и незаконным" и возобновило расследование.
Вот как выглядит "хроника пикирующего Муртазы", в которую спрессовались события последней недели:
Прологом послужило отречение Урала Рахимова в форме сложения им с себя полномочий депутата Госсобрания. Это произошло на последнем перед каникулами заседании 8 июля.
12 июля - Муртаза Рахимов в Москве. Встреча с главой кремлевской администрации Сергеем Нарышкиным: последняя попытка остаться, обсуждение условий ухода.
15 июля - экстренное заседание Госсобрания, для которого депутаты были отозваны из отпусков, принимает "с голоса" законопроект, дающий дополнительные гарантии президенту республики после его отставки. Рахимов на заседании отсутствует - он встречается в Сочи с президентом, где получает отставку и высший российский орден - "За заслуги перед Отечеством I степени. В это время в Уфе полпред президента в Приволжском ФО Григорий Рапота встречается с главой администрации башкирского президента Николаем Кураповым, главами республиканских МВД и ФСБ.
16 июля - и.о. главы республики назначен Рустэм Хамитов. Сообщения о консультациях в руководстве "Единой России".
17 июля - президент Медведев объявляет о своем выборе преемника Рахимову: это Хамитов.
19 июля - Госсобрание утверждает Хамитова в должности.
В течение недели один из главных долгожителей и некогда грозных лидеров губернаторской фронды оказался "демонтирован". Беспрецедентная молниеносность. Или, наоборот, прецедентная? Замена главы республики в столь короткий срок, да еще в середине лета, свидетельствует об опасениях Кремля насчет того, что Рахимов мог бы разыграть карту националистически настроенной молодежи.
Кандидатура нового главы республики Рустэма Хамитова, бывшего когда-то в Башкирии министром и главным федеральным инспектором, а потом, в 2003 году, уехавшего, была подобрана Москвой уже некоторое время назад. Было, по-видимому, окончательно решено и менять Рахимова до истечения его срока в следующем году. Рахимов попытался переломить ситуацию, используя, как в прошлом, националистическую карту. Возможно, он пережал, и это только ускорило его уход.
Почему своевольный региональный лидер, которого Москва очевидным образом уже очень давно не просто хотела, а активно пыталась сменить, продержался так долго? Во-первых, политические машины, выстроенные Шаймиевым, Рахимовым, Лужковым в 90-е годы, очень трудно демонтировать. Это как крепости, надежно защищающие феодалов. Один из бастионов этой крепости, лояльный Рахимову глава республиканского МВД Рафаил Диваев, с которым были связаны многочисленные скандалы, был заменен немногим более года назад и сразу стал вице-премьером.
Во-вторых, виноват политический цикл: полгода на сами выборы Думы и президента страны, как минимум год на подготовку к ним, когда "коней на переправе не меняют", наконец, после выборов надо формировать управленческие структуры, заниматься срочными государственными делами. А там, глядишь, маячат новые выборы. Поэтому охотничий сезон на крупную дичь короток - несколько месяцев, от силы год. Нынешний, подходящий к концу сезон, начался осенью прошлого года. Трофеи "кремлевских охотников" уже впечатляющи: Эдуард Россель, Минтимер Шаймиев, Александр Филиппенко, Владимир Чуб. Остался один лишь Юрий Лужков.
Плохо не то, что уходит поколение губернаторов-политиков. Это нормально, это жизнь. Плохо то, что оно уходит в результате спецоперации, а не нормальным путем. А на смену ему приходят, как правило, малозаметные чиновники, никогда не имевшие ни опыта публичной политики, ни вкуса к ней. Кстати, Хамитов здесь, похоже, счастливое исключение: он участвовал в политике в начале 90-х, да и потом занимал фактически политические посты. Его можно считать продолжением "медведевской" серии замен, начатой в 2008 году Никитой Белых и Борисом Эбзеевым.
Вместе с Рахимовым уходит не столько эпоха, сколько воспоминание об эпохе, поскольку ее пик пришелся на 90-е. Рахимов - это и парад суверенитетов, и демарши при подписании Федеративного договора, и "Вся Россия", и многое другое. Башкирия Рахимова была вторым после Татарстана лидером в процессах децентрализации и федерализации и тем самым сыграла весьма большую роль в политическом развитии страны в 90-е годы. Сейчас все вспоминают ельцинскую фразу "берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить", рассматривая ее чуть ли не как поощрение сепаратизма и призыв к развалу страны. Частично так оно и есть. Но не стоит забывать, что, во-первых, это было сказано в Казани в августе 1990 года, когда новая российская власть сама боролась за суверенизацию в СССР и все такого рода борцы были ее союзниками, а во-вторых, вторая часть формулировки превращает ее в политический трюизм, в универсальную, а потому лишенную конкретного смысла формулу любой политической конкуренции.