Известная своими серьезными расследованиями чеченской войны и деятельности правящей верхушки во главе с Владимиром Путиным, журналистка годами получала десятки угроз, ее похищали и даже пытались отравить.

 

Ее несгибаемое упорство сумело побороть яд врагов. Анна подходит к двери, сегодня день рождения Путина. 7 октября 2006 года Анна Политковская была убита выстрелами в упор у лифта в подъезде своего тома, в самом центре Москвы. Статья была дописана ее кровью.

«Иногда люди расплачиваются собственной жизнью за то, что открыто излагают свои мысли. Вас могут убить даже за то, что вы предоставили мне информацию. Я не единственная, кто находится в опасности», заявила она «Репортерам без границ» за год до своего убийства. Виновные в совершении этого преступления до сих пор не найдены. Бывший сотрудник ФСБ Александр Литвиненко умер в результате отравления, пытаясь раскрыть убийство журналистки.

Когорта неприкасаемых не прощает ничего. Исполнителей либо оправдывают, либо убивают, а заказчики остаются в тени, в тени своих высоких должностей. И встречаются на банкетах c другими представителями власти. По жестокости между Кремлем и Латинской Америкой не такая уж и большая разница.

В 1986 году, дон Гильермо Кано (Guillermo Cano) погиб под шквалом пуль в Боготе. «Это из-за наркоторговли», говорят многие, как будто наркоторговля могла нажать на спусковой крючок или отдать приказ. Газета El Espectador была первым средством массовой информации, обратившим внимание на коррупцию, которая постепенно проникала в общество и высшие эшелоны власти. За критические материалы газеты поплатился ее главный редактор. Журналистское сообщество оплакивало его смерть 17 сентября 1986 года. Недавно Игнасио Гомес (Ignacio Gómez) заявил нашей газете, что «смерть журналиста заставляет замолчать тысячи людей».

Хайме Гарсон (Jaime Garzón) и его обличения сильных мира сего посредством беспощадного и юмора также вызывали звериную ненависть его недругов. Он сочетал журналистскую деятельность с решением гуманитарных проблем, как Анна Политковская, вступившая в переговоры об освобождении заложников. Орландо Сьерра (Orlando Sierra) был убит напротив редакции газеты La Patria, где он проработал всю свою жизнь. Его дочь, которая шла рядом, все видела. Совершение преступления приписали продажным политикам. После восьми лет, в течение которых ряд свидетелей и осведомителей были убиты при загадочных обстоятельствах, один из этих мастеров политических подковерных игр, некто Тапаско (Tapasco), наконец-то был вызван на допрос.

19 марта 2010 года пришла тревожная весть: убит Клодомиро Кастилья (Clodomiro Castilla), журналист и главный редактор кордовской газеты El Pulso del Tiempo. Он резко высказывался по поводу местных политиков и участвовал в коррупционных судебных процессах. «Это самое страшное место в Колумбии, мы имели дело со смертным приговором, приведенным в исполнение у него дома», заявил Рафаэль Гомес (Rafael Gómez), главный редактор газеты La Voz de Montería.

Жесткая цензура, устраняющая неудобного для власти журналиста, порождающая страх и выливающаяся в тревожные заголовки газет. Без сомнения, все это наносит серьезный ущерб демократии, отбрасывает ее назад. Это сигнал тревоги для журналистов и средств массовой информации. Невидимая граница, которую запрещено преступать. Эта граница страха обозначает своеобразный переход от мягкой цензуры к жесткой. Спору нет, убийства журналистов в Колумбии сократились, что само по себе является проявлением мягкой цензуры. Но убийства, тем не менее, не прекратились, как не прекратились и увольнения. Это тщательно продуманная цензура с соблюдением всех правил этикета и основанная при этом на безнаказанности.

Организация «Журналисты без границ» неоднократно указывала на то, что «плюрализм мнений в Колумбии оплачивается жизнью, в связи с чем профессия работников печати в стране продолжает оставаться в высшей степени опасной».

Свобода слова?, одно из самых распространенных основных прав, закрепленное в великой хартии Всемирной декларации прав человека, принятой ООН в 1948 году. Еще одна бумажка, которую можно показать детям погибших репортеров в то время, как полыхает здание газеты, или недоумевающим читателям, или просто вдруг вспомнить о ней. Уважаемые господа, вы имеете право на свободу слова. Мы пришли к тому, что заявляем очевидное.

«Журналистика либо свободна, либо это фарс», сказал Родольфо Вальш (Rodolfo Walsh). Свобода слова у нас в стране есть, но обозревателя, критикующего действия правительства, могут выгнать с работы, если он не впишется в политические интересы своего издания. Журнал, ведущий расследование, могут закрыть, а его сотрудников выгнать на улицу по той простой причине, что они наступили кому-то на мозоль вместо того, чтобы писать гламурные статейки. Что можно ожидать, если даже такое пространство свободы как интернет пытаются поставить под контроль? Может быть вас, уважаемый журналист, и не убьют за расследование скандала, но существует опасность того, что после следующей публикации вас уволят, запугают и в итоге вынудят уехать из страны. Жаловаться нельзя, в этой области мы добились прогресса. Прогресс заключается в том, что сейчас убивают буквы, голоса и слова. Больше и сказать нечего.

Справка: с 1977 года были убиты 134 журналиста при исполнении своих служебных обязанностей, а в 2010 году были зафиксированы 83 случая нарушения свободы слова и 111 жертв. Но у нас все в порядке. Так считает Хосе Обдулио Гавирия (José Obdulio Gaviria).